fbpx

История одного арт-скандала: Эдуард Мане и его дерзкая Олимпия

По прошествии времени всё представляется забавной и удивительной историей. Но, тогда…..это были судьбы: художников и их полотен. Эти произведения искусства вызывали ураган эмоций тогда. Их не принимали. Их осуждали. Но они меняли саму суть допустимого.

Искусство должно щекотать нерв, и искусствовед Дарья Сабитова совместно с бутиком Baltā Kumode помогает нам разобраться в самых скандальных произведениях искусства.

darja

“Олимпия”- знаменитый шедевр, который почти 150 лет назад был написан одним из самых известных импрессионистов, Эдуардом Мане, а сегодня благополучно хранится в парижском Музее д’Орсэ.

Сейчас мы видим ню и роскошь, а в 19 веке народ ахнул, обалдел и, на всякий случай, перестал пускать на выставку женщин, детей и беременных детьми женщин.

Если сегодня мы можем испытать шок, когда художник прибывает себя гвоздями к мостовой, то в 1865 году довести публику до праведного гнева можно было значительно проще – достаточно написать обнаженную женщину и при помощи символов указать на ее статус.

Итак, вторая половина 19 века, старинный и пафосный Парижской салон выставляет картину “Олимпию”. За двести лет своего существования салон еще не видел такой публичной истерики. По крайней мере, такой масштабной. Настолько масштабной, что у картины пришлось выставить вооруженную охрану – полотно пытались сорвать, но разочаровавшись в попытке, просто презрительно на него плевали.

olimp1

Казалось бы, что страшного в такой обычной обнаженке? “Венера”, “Купальщицы” и еще целый ряд работ так спокойно демонстрируют все женские прелести, что оскорбить общество голой грудью, казалось бы, просто невозможно.

Ан, нет! Эту работу Мане и правда композиционно копирует с известного полотна Тициана “Венера Урбинская”.  Та же поза, тот же антураж, даже браслет одинаковый.

С той лишь разницей, что последняя – богиня красоты и любви, ей положено быть раздетой. С той лишь разницей, что последняя – стыдливо прикрывается руками, а, судя по тому, что слуги укладывают преданное в сундуки, еще и будущая жена в самом скором времени. С той лишь разницей, что вокруг ног Венеры крутится собачка – символ преданности и верности.

venera

Но совсем другая история наша “Олимпия”. Подобная модель туфелек и бархотка – излюбленный аксессуар куртизанок. Само имя – провокационно и говоряще. Мало того, что именно так звали героиню романа Александра Дюма “Дама с камелиями”, так еще это был самый распространненый дамский псевдоним в публичных домах.

О роде деятельности Олимпии кричит каждая деталь: букет – визитная карточка следующего гостя, кот с приподнятным хвостом – символ грядущего развлечения, нарядная шаль – “клиент прибыл”, орхидея в волосах – цветок с ферамонами, и совершенно возмутительный, дерзкий взгляд Олимпии на всю эту буржуазию по сторону картины.

Кстати, иметь чернокожую служанку могли себе позволить далеко не все. И уж точно далеко не все куртизанки. Так что смело можно допустить, что “олимпийский” бизнес у дамы процветал.

Но даже если мы вырежем букет и какие-то детали из контекста – полотно не пострадает. Мане был большим мастером и очень тонко чувствовал палитру, играя с оттенками очень элегантно.

Но для художественной академии важен был сюжет. Живопись должна была быть исторической, то есть, изображать какое-то повествование. Чем больше фигур в сложных позах, чем более наполнено нюансами драматическое действо, тем лучше. А если еще взять огромный, монументальный формат метров пять – цены вам, как мастеру, не будет! Поэтому комисссия даже не рассматривала Мане, как на колориста.

Она смотрела исключительно на композицию. И композиция ее определенно не радовала.

Но, как говорится, все, что не некролог – пиар. Картина наделала шума. Критики исходили желчью, не жалея эпитетов: “Еще никогда и никому не приходилось видеть что-то более циничное, чем эта Олимпия. Это самка гориллы, сделанная из каучука и изображенная совершенно голая на кровати. Ее руку как будто сводит непристойная судорога. Серьезно говоря, молодым женщинам в ожидании ребенка, а так же девушкам я бы советовал избегать подобных впечатлений”.

Не отставали и журналы, которые незамедлительно разразились целой чередой забавных карикатур и острот, например, изображали, как на выставку импрессионистов не пускают даму в положении.

Но точно известно, что мужчины приходили в музейный зал и в одиночестве, оставив своих достопочтенных супруг дома, рассматривали полотно пристально и с удовольствием. А светская тусовка еще долго шепталась о том, что Олимпия списана не с натурщицы Викторины Мёран, по прозвищу креветка, а с Маргариты Белланже – любовницы Наполеона III. А это уже немного политический контекст, но мы о нем не будем.

Если Вы нашли ошибку, выделите текст и нажмите Shift + Enter, чтобы проинформировать нас.

На главной странице